Дело № 33-5186/2025
№2-2918/2024
УИД № 66RS0003-01-2024-001249-06
Мотивированное апелляционное определение составлено 30.04.2025
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Екатеринбург 16.04.2025
Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Волошковой И.А., судей Орловой Е.Г., Филатьевой Т.А., при ведении протокола помощником судьи Гореловой Е.В.,
рассмотрев в судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску Копыловой Н. А. к Копылову А. П., Прибышу Д. В. о признании завещания недействительным, признании права на наследование по закону,
по апелляционной жалобе истца на решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 18.12.2024.
Заслушав доклад судьи Филатьевой Т.А., объяснения истца Копыловой Н.А., ее представителя Поляковой Е.С., поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителей ответчика Копылова А.П. - Шининой Е.Ю., Губина А.Н., возражавших против доводов жалобы, судебная коллегия
установила:
Копылова Н.А. обратилась в суд с иском к Копылову А.П., Прибышу Д.В. о признании завещания, составленного 30.11.2002 К.К.Ю. и удостоверенное нотариусом г. Екатеринбурга Михайловой Е.В., недействительным, признании за Копыловой Н.А. права на наследование после смерти К.К.Ю.
В обоснование требований, с учетом уточнения оснований иска, указала, что <дата> умер её сын К.К.Ю., с его смертью открылось наследство. Истец является наследником по закону первой очереди, в том числе имеет право на обязательную долю в наследстве, поскольку является нетрудоспособным пенсионером.
Согласно составленному К.К.Ю. завещанию от <дата>, он завещал все свое имущество Копылову А.П., Никоновой З.В., Прибышу Д.В., в том числе квартиру по адресу: <адрес>. Этим же завещанием К.К.Ю. лишил права наследования мать Копылову Н.А.
Полагает, что завещание является недействительным по двум основаниям – как нарушающее закон, а именно положения п.п.1, 2 ст. 1148 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку наследодатель был не вправе лишить наследства истца, которая имеет право на обязательную долю в наследстве, и по основаниям, предусмотренным п.1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенное лицом в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку наследодатель являлся <...>, нуждался в постоянном постороннем уходе, который предоставляла ему истец, незадолго до составления завещания находился на стационарном лечении после попытки суицида, что оказало влияние на его состояние в момент составления завещания.
Ответчик Копылов А.П. иск не признал, его представители просили в удовлетворении заявленных требований отказать, указав, что завещание соответствует требованиям закона, выражает волеизъявление наследодателя, который находился в конфликтных отношениях с матерью и братом. Постоянный уход за К.К.Ю. осуществляли иные лица. Еще при жизни наследодателя истец безуспешно предпринимала попытки признать его недееспособным. Доказательств, подтверждающих составление завещания с пороком воли, в материалах дела не имеется. Несмотря на то, что наследодатель не мог самостоятельно передвигаться, это не отразилось на его интеллектуальных способностях, инвалидность не связана с психическим расстройством. Вопрос раздела наследственного имущества должен быть разрешен нотариусом в рамках наследственного дела.
Решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 18.12.2024 в удовлетворении исковых требований Копыловой Н.А. отказано в полном объеме.
В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить. В обоснование доводов жалобы указала на неправильное определение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела. Не согласна с данной судом оценкой доказательств, полагает, что заключение экспертов не является надлежащим доказательством. Полагает, что эксперты и суд не учли состояние здоровья К.К.Ю. непосредственно в период перед составлением завещания, в то время как его психоэмоциональное состояние повлияло на составление завещания.
В заседании суда апелляционной инстанции истец Копылова Н.А. и его представитель доводы апелляционной жалобы поддержали, представители ответчика Копылова А.П. - Шинина Е.Ю., Губин А.Н., возражали против доводов жалобы.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в том числе, публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда.
С учетом изложенного, и поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, судебная коллегия, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определила рассмотреть дело при данной явке.
Исследовав материалы дела, заслушав объяснения участвующих в судебном заседании лиц, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы истца, полагая вынесенное решение законным и обоснованным ввиду следующего.
Судом установлено, что К.К.Ю., <дата> года рождения, умер <дата>, с его смертью открылось наследство.
При жизни К.К.Ю. составлено завещание, удостоверенное нотариусом г. Екатеринбурга Михайловой О.Г. 30.11.2002, согласно которому все имущество завещано Копылову А.П., Никоновой З.В., Прибышу Д.В. Этим же завещанием К.К.Ю. лишил права наследования Копылову Н.А. и Копылова И.Ю. (мать и брата наследодателя).
К нотариусу в установленный законом шестимесячный срок с заявлением о принятии наследства после смерти К.К.Ю. обратились: наследник по завещанию Копылов А.Ю., наследник по закону первой очереди Копылова Н.А. <дата> года рождения, имеющая также право на обязательную долю в наследстве, что подтверждается справкой отделения Фонда Социального страхования о назначении Копыловой Н.А. с <дата> пенсии по старости.
Иных наследников по закону первой очереди судом не установлено.
Назначенный в завещании наследник Никонова З.В. умерла <дата>, то есть до открытия наследства, наследник Прибыш Д.В. с заявлением о принятии наследства не обращался.
В состав наследства вошло недвижимое имущество – <адрес> по адресу: <адрес>, денежные средства на счетах в Банках, в том числе на счетах депо.
Также из материалов дела следует, что наследодатель К.К.Ю., 1972 года рождения, в связи с полученной травмой в 18 лет травмой в автокатастрофе являлся <...>, нуждался в постоянной посторонней помощи, не мог самостоятельно передвигаться.
Ранее Копылова Н.А. неоднократно обращалась в суд с заявлением о признании К.К.Ю. недееспособным. Решением Кировского районного суда от 19.06.2023 в удовлетворении заявления Копыловой Н.А. было отказано. При этом судом из собранных по делу доказательств установлено, что на диспансерном учете ГБУЗ СО «Психиатрическая больница №6» К.К.Ю. не состоит, за консультативной помощью не обращался, к условиям жизни с учетом индивидуальных особенностей здоровья, адаптирован, навыки самообслуживания частично утрачены, однако способен самостоятельно решать социальные вопросы, реально оценивать ситуацию, реагировать на происходящие события, принимать взвешенные, обоснованные решения, отношения с матерью не поддерживает, но поддерживает отношения с родственниками со стороны отца, работает на компьютере дистанционно, пользуется сетью интернет, официально трудоустроен с 09.01.2023 в должности интернет-маркетолога (л.д.146-147).
По ходатайству истца для проверки доводов иска о совершении завещания К.К.Ю. в состоянии, когда он не мог понимать значение своих действий и руководить ими, судом назначена посмертная амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, согласно заключению которой у К.К.Ю. на 30.11.2002 не выявлено однозначных, убедительных данных на наличие какого-либо психического расстройства; не выявлено таких индивидуально-психологических особенностей и такого выраженного эмоционального состояния, которые бы нарушали его способность к осознанному принятию решения и его исполнению на 30.11.2002.
Разрешая требования истца о признании недействительным завещания К.К.Ю. от 30.11.2002 по основаниям, предусмотренным п.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции оценил собранные по делу доказательства в их совокупности, в том числе заключение посмертной амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, медицинские документы К.К.Ю., показания свидетелей К.Т.Н., П.Л.В., Н.Е.Ю., Х.Л.Е., Г.Е.А. и пришел к выводу о том, что истцом не представлено относимых, допустимых и достоверных доказательств тому, что на момент совершения завещания 30.11.2002 К.К.Ю. не мог понимать значение своих действий и руководить ими.
Отказывая в удовлетворении требований истца о признании завещания недействительным по мотиву несоответствия его закону, суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст. 1118-1119, п.1 ст.1124, Гражданского кодекса Российской Федерации, установил, что завещание от 30.11.2002 составлено с соблюдением общих правил, касающихся формы и порядка совершения завещания, предусмотренных статьями 1124 и 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации, подписано собственноручно завещателем К.К.Ю., удостоверено нотариусом, право наследования истца как нетрудоспособного наследника К.К.Ю. завещанием не нарушается, в связи с чем не нашел оснований для признания данной сделки недействительной.
С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, поскольку они являются верными, основаны на собранных по делу доказательствах, сделаны при правильном применении норм материального права.
Согласно статье 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.
Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1124 Кодекса завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом.
В силу статьи 1125 Кодекса нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом. При написании или записи завещания могут быть использованы технические средства (электронно-вычислительная машина, пишущая машинка и другие).
Завещание, записанное нотариусом со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса.
В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.
В силу п.1 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно п.1 ст.167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Согласно п.1 ст.168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой.
В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Доводы апеллянта о доказанности истцом факта составления завещания наследодателем в таком психо-эмоциональном состоянии, в котором он не мог понимать значения своих действий и руководить ими, о неверной оценке судом собранных по делу доказательств, судебной коллегией отклоняются ввиду следующего.
Как следует из материалов дела, наследодатель К.К.Ю., хотя и являлся с 1990 года после полученной травмы инвалидом первой группы бессрочно и не мог самостоятельно передвигаться и в полной мере осуществлять уход, в связи с чем ему требовалась посторонняя помощь, вместе с тем осуществлял трудовую деятельность, работал дома за компьютером, что не оспаривалось истцом.
Согласно ответу на запрос из ГАУЗ СО «Психиатрическая больница №3», К.К.Ю. на диспансерном наблюдении у врача – психиатра не состоял.
Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по факту смерти К.К.Ю. по причине поражения электрическим током следует, что опрошенные Д.Г.С., Д.Е.А. и Р.Н.М. поясняли о том, что К.К.Ю. за плату оказывались услуги по уходу за больным специалистом фонда «Профиль Милосердия», кроме того, и бесплатно оказывал услуги социальный работник. При этом социальный работник Р.Н.М. поясняла о том, что К.К.Ю. самостоятельно заказывал на «Яндекс Маркете» товары, она забирала и приносила эти товары (л.д.105-106).
Также из материалов дела следует, что К.К.Ю. в 2005 году непосредственно участвовал при рассмотрении гражданского дела №2-380 в Кировском районном суде г.Екатеринбурга в качестве ответчика и истца по встречному иску по жилищному спору с Копыловой Н.А. и Копыловым И.Ю. (л.д.148-152), несмотря на ограниченность в передвижении, самостоятельно принимал решения относительно организации своего быта (с привлечением лиц, фактически выполняющих работы по дому), дистанционно открывал счета в различных банках, в том числе валютные и счета ДЕПО, инвестировал денежные средства, приобретал ценные бумаги, что следует из материалов наследственного дела в части объема наследственного имущества (л.д.51-68).
Согласно заключению посмертной амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, у К.К.Ю. на 30.11.2002 не выявлено однозначных, убедительных данных на наличие какого-либо психического расстройства; не выявлено таких индивидуально-психологических особенностей и такого выраженного эмоционального состояния, которые бы нарушали его способность к осознанному принятию решения и его исполнению на 30.11.2002. Таким образом, экспертами не выявлено однозначных убедительных данных, свидетельствующих о том, что К.К.Ю. не мог понимать значение своих действий и руководить ими по состоянию на 30.11.2002.
Экспертное заключение не содержит каких-либо неточностей, неясностей, противоречивых выводов либо выводов, носящих вероятностный характер. Экспертиза проведена с соблюдением требований ст.ст. 84 - 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оснований не доверять выводам экспертов у суда не имелось. Выводы экспертов не противоречат иным собранным по делу доказательствам, в том числе показаниям свидетелей, которым судом также дана надлежащая оценка.
При этом сторона истца не воспользовалась право заявить ходатайство о назначении по делу повторной либо дополнительной экспертизы, в том числе на стадии апелляционного рассмотрения дела.
Доводы апеллянта о том, что экспертами и судом не принято во внимание состояние здоровья завещателя незадолго до составления завещания, а именно не учтен факт суицидального поведения К.К.Ю., судебная коллегия отклоняет, поскольку сведения о нахождении К.К.Ю. в период с 29.10.2002 по 30.10.2002 на стационарном лечении в медицинском учреждении с диагнозом «острые суицидальное отравление имованом легкой степени» в материалах дела имеются (л.д.109), также по запросу суда из Областной клинической психиатрической больницы была представлена история болезни №6347 стационарного больного К.К.Ю., указанные медицинские документы были представлены экспертам и проанализированы в экспертном заключении (л.д.213-215), с учетом всех исследованных доказательства экспертами сделан вывод о том, что у К.К.Ю. не выявлено на 30.11.2002 диагностических критериев (в соответствии с МКБ-10), достаточных для диагностики какого-либо психического заболевания, на юридически значимый период (30.11.2002) как в представленных материалах, так и в пояснениях сторон и свидетелей, у К.К.Ю. не описано признаков какого-либо психического расстройства, связанного с применением лекарственных препаратов, а также с нарушением порядка их приема (например, отказ от приема лекарственных препаратов).
Кроме того, согласно представленным нотариусом Михайловой О.Г. сведениям, 15.10.2002 нотариусу поступило заявление от К.К.Ю. о выезде на дом для удостоверения закрытого завещания и удостоверения соглашения об уплате алиментов его родственниками ему (т.1 л.д.137-138). Таким образом, намерение составить завещание возникло у завещателя еще до событий, в силу которых К.К.Ю. находился на стационарном лечении с 29 по 30.10.2002 года.
В связи с изложенным, оснований для иных выводов по существу требований иска о признании завещания недействительным по указанному основанию судебная коллегия не усматривает.
Также судебная коллегия соглашается и с выводами суда об отсутствии оснований для признания недействительным оспариваемого завещания по мотиву несоответствия его закону.
В силу п.1 ст.1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание, в соответствии с правилами статьи 1130 Кодекса.
Суд достоверно установил, что завещание от 30.11.2002 подписано лично наследодателем, удостоверено нотариусом г. Екатеринбурга Михайловой Е.В., соответствует требованиям ст.ст. 119, 1124, 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Указанным завещанием К.К.Ю. по своему усмотрению распорядился принадлежащим ему правом завещать имущество любым лицам.
Пунктом 1 статьи 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что несовершеннолетние или нетрудоспособные дети наследодателя, его нетрудоспособные супруг и родители, а также нетрудоспособные иждивенцы наследодателя, подлежащие призванию к наследованию на основании пунктов 1 и 2 статьи 1148 настоящего Кодекса, наследуют независимо от содержания завещания не менее половины доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону (обязательная доля), если иное не предусмотрено настоящей статьей.
Таким образом, предоставляя завещателю право свободно распорядиться своим имуществом, закон одновременно устанавливает правило, согласно которому нельзя лишить наследства наиболее близких наследодателю нетрудоспособных наследников по закону.
Между тем, несмотря на наличие в завещании указания на лишение наследства Копыловой Н.А., которая на момент составления завещания не являлась нетрудоспособной, оснований для признания его недействительным не имеется, поскольку указанное не нарушает право Копыловой Н.А. на наследование обязательной доли.
Как видно из материалов дела, истец Копылова Н.А. обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, из ответа нотариуса Михайловой Е.В. следует, что Копылова Н.А. является наследницей по закону, имеющей право на обязательную долю (л.д.119).
Спора о разделе наследственного имущества сторонами в настоящем деле не заявлено.
Доводы апелляционной жалобы истца повторяют позицию, изложенную суду первой инстанции, они не опровергают выводов суда, а выражают несогласие с ними, направлены на переоценку обстоятельств, являвшихся предметом исследования в судебном заседании, а также доказательств, которым дана надлежащая оценка, в силу чего не могут являться основанием для отмены оспариваемого решения.
В соответствии с ч.3 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с ч. 4 ст. 330 данного Кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции. Из материалов дела следует, что таких нарушений судом первой инстанции не допущено.
На основании вышеизложенного и руководствуясь п.1 ст.328, ст.329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 18.12.2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца Копыловой Н. А. – без удовлетворения.
Председательствующий: Волошкова И.А.
Судьи: Орлова Е.Г.
Филатьева Т.А.